Что такое findslide.org?

FindSlide.org - это сайт презентаций, докладов, шаблонов в формате PowerPoint.


Для правообладателей

Обратная связь

Email: Нажмите что бы посмотреть 

Яндекс.Метрика

Презентация на тему Знакомьтесь, Евгений Базаров.

Содержание

1. Первая встреча с Базаровым…
Презентация Знакомьтесь, 1. Первая встреча Николай Петрович быстро обернулся и, подойдя к человеку высокого роста в длинном — Евгений Васильев, — отвечал Базаров ленивым, но мужественным голосом и, отвернув Тонкие губы Базарова чуть тронулись; но он ничего не отвечал и только — Твой приятель у нас гостить будет… неловко…— Насчет Базарова ты, пожалуйста, 2. Первая встреча Базарова и Павла Петровича Кирсанова – первые столкновения взглядов, мыслей… Николай Петрович представил его Базарову: Павел Петрович слегка наклонил свой гибкий стан Базаров в несколько минут обегал все дорожки сада, зашел на скотный двор, — А вот на что, — отвечал ему Базаров, который владел особенным — Да на что тебе это?— А чтобы не ошибиться, если ты Действительно, по саду, шагая через клумбы, шел Базаров. Его полотняное пальто и — Что это у вас, пиявки? — спросил Павел Петрович.— Нет, лягушки.— Базаров вернулся, сел за стол и начал поспешно пить чай. Оба — Вы собственно физикой занимаетесь? — спросил, в свою очередь, Павел Петрович.— Слово германцы, вместо немцы, Павел Петрович употребил ради иронии, которой, однако, никто — Так, так. Ну, а об русских ученых вы, вероятно, но имеете — Что касается до меня, — заговорил он опять, не без некоторого — Так - с, так - с. Вот как вы изволите шутить. 3. Евгений Базаров и Аркадий Кирсанов – впечатления и откровения… — Вот видишь ли, Евгений, — промолвил Аркадий, оканчивая свой рассказ, — — Может быть, только у него сердце предоброе. И он далеко не — Ну, словом, — продолжал Аркадий, — он глубоко несчастлив, поверь мне; — Да вспомни его воспитание, время, в которое он жил, — заметил — Видел я все заведения твоего отца, — начал опять Базаров. — — И добрые мужички надуют твоего отца всенепременно. Знаешь поговорку: «Русский мужик — И природа пустяки? — проговорил Аркадий, задумчиво глядя вдаль на пестрые Медлительные звуки виолончели долетели до них из дому в это самое мгновение. Базаров вдруг расхохотался.— Чему же ты смеешься?— Помилуй! в сорок четыре года 4. Конфликт двух поколений – спор Базарова и  Павла Петровича Кирсанова Схватка произошла в тот же день за вечерним чаем. Павел Петрович сошел Речь зашла об одном из соседних помещиков. «Дрянь, аристократишко», — равнодушно заметил — Позвольте вас спросить, — начал Павел Петрович, и губы его задрожали, — Точно так-с: но я полагаю, что вы такого же мнения об — Слыхали мы эту песню много раз, — возразил Базаров, — но — Я эфтим хочу доказать, милостивый государь (Павел Петрович, когда сердился, с намерением говорил: — Позвольте, Павел Петрович, — промолвил Базаров, — вы вот уважаете себя — Это совершенно другой вопрос. Мне вовсе не приходится объяснять вам теперь, — Аристократизм, либерализм, прогресс, принципы, — говорил между тем Базаров, — подумаешь, — Я вас не понимаю после этого. Вы оскорбляете русский народ. Я Николай Петрович. — Вы все отрицаете, или, выражаясь точнее, вы все разрушаете… Эта последняя фраза, видимо, не понравилась Базарову; от нее веяло философией, то — Именно ничего не доказывает, — повторил Аркадий с уверенностию опытного шахматного — Мой дед землю пахал, — с надменною гордостию отвечал Базаров. — А вы говорите с ним и презираете его в то же — Господа, господа, пожалуйста, без личностей! — воскликнул Николай Петрович и приподнялся.Павел — Опять иностранное слово! — перебил Базаров. Он начинал злиться, и лицо — А потом мы догадались, что болтать, все только болтать о наших — Так, — перебил Павел Петрович, — так: вы во всем этом Павел Петрович слегка прищурился.    — Так вот как! — — Так что ж? вы действуете, что ли? Собираетесь действовать?Базаров ничего не — Несчастный! — возопил Павел Петрович; он решительно не был в — Коли раздавят, туда и дорога, — промолвил Базаров. — Только бабушка — По-моему, — возразил Базаров. — Рафаэль гроша медного не стоит, да — Вот и изменило вам хваленое чувство собственного достоинства, — флегматически заметил — Я вам миллионы таких постановлений представлю, — воскликнул Павел Петрович, — 5. Евгений Базаров       и — Ну что? — спросил Базаров Аркадия, как только тот вернулся к — В тихом омуте… ты знаешь! — подхватил Базаров. — Ты говоришь, — Отчего ты не хочешь допустить свободы мысли в женщинах? — проговорил Настоящею причиной всей этой «новизны» было чувство, внушенное Базарову Одинцовой, — чувство, Базаров был великий охотник до женщин и до женской красоты, но любовь Одинцова ему нравилась: распространенные слухи о ней, свобода и независимость ее мыслей, Кровь его загоралась, как только он вспоминал о ней; он легко сладил В разговорах с Анной Сергеевной он еще больше прежнего высказывал свое равнодушное Тогда он отправлялся в лес и ходил по нем большими шагами, ломая Вдруг ему представится, что эти целомудренные руки когда-нибудь обовьются вокруг его шеи, Он ловил самого себя на всякого рода «постыдных» мыслях, точно бес его А между тем Базаров не совсем ошибался. Он поразил воображение Одинцовой; Однажды он, гуляя с ней по саду, внезапно промолвил угрюмым голосом, что Анна Сергеевна вопросительно посмотрела на него.— Как хотите, — продолжала она, — — А вы заметили во мне сдержанность… как вы еще выразились… напряженность?— — И вы не рассердитесь?— Нет.— Нет? — Базаров стоял к ней Одинцова протянула вперед обе руки, а Базаров уперся лбом в стекло окна. — Евгений Васильич, — проговорила она, и невольная нежность зазвенела в ее 6. Евгений Базаров и — Скажи, — начал Аркадий после небольшого молчания, — тебя в детстве 7. У стога сена… — Знаешь ли ты, о чем я думаю? — промолвил он на Оба приятеля полежали некоторое время в молчании. — Да, — начал Базаров, — странное существо человек. Как посмотришь этак — Надо бы так устроить жизнь, чтобы каждое мгновение в ней было — А я так многих. Ты нежная душа, размазня, где тебе ненавидеть!..   8.  Дуэль — Приступим.— Новых объяснений вы, я полагаю, не требуете?— Не требую.— Угодно — Четыре… пять… Отойди, братец, отойди; можешь даже за дерево стать и — Соблаговоляю. А согласитесь, Павел Петрович, что поединок наш необычаен до смешного. — Вы готовы? — спросил Павел Петрович.— Совершенно.— Можем сходиться. Павел Петрович дрогнул слегка и хватился рукою за ляжку. Струйка крови потекла — Ну, извините, это до другого раза, — отвечал Базаров и обхватил — Вот новость! Обморок! С чего бы! — невольно воскликнул Базаров, опуская — Убиты-с? — прошелестел за его спиной трепетный голос Петра.Базаров оглянулся.— Ступай — Да ступай же за водой, черт! — крикнул Базаров.— Не нужно… — О прошлом вспоминать незачем, — возразил Базаров, — а что касается — Не туго ли я завязал вам ногу? — спросил наконец Базаров.— — Я должен вас просить заняться братом, — сказал ему Николай Петрович, 9. Болезнь и смерть Однажды, в его присутствии, Василий Иванович перевязывал мужику раненую ногу, но руки Но насмешки Базарова нисколько не смущали Василия Ивановича; они даже утешали его. Базаров раз даже вырвал зуб у заезжего разносчика с красным товаром, и, Однажды мужичок соседней деревни привез к Василию Ивановичу своего брата, больного тифом. Дня три спустя Базаров вошел к отцу в комнату и спросил, нет Василий Иванович вдруг побледнел весь и, ни слова не говоря, бросился в Василий Иванович остановился.— Как ты полагаешь, Евгений, не лучше ли нам прижечь Василий Иванович еще немного прижег ранку.— Да разве у уездного лекаря не Базаров уже не вставал в тот день и всю ночь провел в Утром Базаров попытался встать; голова у него закружилась, кровь пошла носом; он Базаров продолжал лежать, уткнувшись в стену. Василий Иванович пытался обращаться к нему Базаров вдруг повернулся на диване, пристально и тупо посмотрел на отца и — Где же признаки… заражения, Евгений?.. помилуй!— А это что? — промолвил — Ну, это дудки. Но не в том дело. Я не ожидал, — Тем лучше; ты мне сказал, ты послал за доктором… Этим ты — Сию минуту пошлю, и сам письмо напишу.— Нет, зачем; скажи, что Базарову становилось хуже с каждым часом; болезнь приняла быстрый ход, что обыкновенно Арина Власьевна сидела на низенькой скамеечке возле двери и только по временам Ночь была не хороша для Базарова…      Жестокий — Браво! прекрасно сказано, прекрасно! — воскликнул он, показывая вид, что бьет — Евгений! — произнес он наконец, — сын мой, дорогой мой, милый Голос старика перервался, а по лицу его сына, хотя он и продолжал Старик поднялся, сел на кресло и, взявшись за подбородок, стал кусать себе — Я Одинцова, — промолвила она. — Евгений Васильич жив? Вы его — Что такое, Господи! — пролепетала, выбегая из гостиной старушка и, ничего — Wo ist der Kranke? И где же есть пациент? — проговорил наконец Базаров вдруг раскрыл глаза.— Что ты сказал?— Я говорю, что Анна Сергеевна Базаров взглянул на немца.— Ну, беседуйте скорее, только не по-латыни; я ведь Полчаса спустя Анна Сергеевна в сопровождении Василия Ивановича вошла в кабинет. — Отец, оставь нас. Анна Сергеевна, вы позволяете? Кажется, теперь…Он указал головою Анна Сергеевна невольно содрогнулась.— Ничего, не тревожьтесь… сядьте там… Не подходите ко — Меня вы забудете, — начал он опять, — мертвый живому не Анна Сергеевна наклонилась к нему.— Евгений Васильич, я здесь…Он разом принял руку Базарову уже не суждено было просыпаться. К вечеру он впал в совершенное Отец Алексей совершил        над ним обряды религии. Когда его соборовали, когда святое миро коснулось его груди, один глаз его Когда же, наконец, он испустил последний вздох и в доме поднялось Но полуденный зной проходит, и настает вечер и ночь, а там и 10. Могила Евгения Базарова Есть небольшое сельское кладбище в одном из отдаленных уголков России. Как почти все наши кладбища, оно являет вид печальный: окружающие его канавы каменные плиты все сдвинуты, словно кто их подталкивает снизу; два-три ощипанных деревца Но между ними есть одна, до которой не касается человек, которую не Железная ограда ее окружает; две молодые елки посажены по обоим ее концам: К ней, из недалекой деревушки, часто приходят два уже дряхлые старичка — муж с женою. Поддерживая друг друга, идут они отяжелевшею походкой; приблизятся к ограде, припадут и поменяются коротким словом, пыль смахнут с камня да ветку елки поправят, и Неужели их молитвы, Неужели любовь, святая, преданная любовь не всесильна? О нет! Какое бы страстное, грешное, бунтующее сердце ни скрылось в могиле,
Слайды презентации

Слайд 2


Слайд 11 1. Первая встреча

1. Первая встреча        с Базаровым…

с Базаровым…

Слайд 12


Николай Петрович быстро обернулся и, подойдя к человеку

Николай Петрович быстро обернулся и, подойдя к человеку высокого роста в

высокого роста в длинном балахоне с кистями, только что

вылезшему из тарантаса, крепко стиснул его обнаженную красную руку, которую тот не сразу ему подал.

Слайд 14
— Евгений Васильев, — отвечал Базаров ленивым, но

— Евгений Васильев, — отвечал Базаров ленивым, но мужественным голосом и,

мужественным голосом и, отвернув воротник балахона, показал Николаю Петровичу

все свое лицо. Длинное и худое, с широким лбом, кверху плоским, книзу заостренным носом, большими зеленоватыми глазами и висячими бакенбардами песочного цвету, оно оживлялось спокойной улыбкой и выражало самоуверенность и ум.


Слайд 16 Тонкие губы Базарова чуть тронулись; но он ничего

Тонкие губы Базарова чуть тронулись; но он ничего не отвечал и

не отвечал и только приподнял фуражку. Его темно-белокурые волосы,

длинные и густые, не скрывали крупных выпуклостей просторного черепа.


Слайд 18 — Твой приятель у нас гостить будет… неловко…

— Твой приятель у нас гостить будет… неловко…— Насчет Базарова ты,

Насчет Базарова ты, пожалуйста, не беспокойся. Он выше всего

этого.


Слайд 20
2. Первая встреча Базарова и
Павла Петровича Кирсанова

2. Первая встреча Базарова и Павла Петровича Кирсанова – первые столкновения взглядов, мыслей…

– первые столкновения взглядов, мыслей…


Слайд 21 Николай Петрович представил его Базарову: Павел Петрович слегка

Николай Петрович представил его Базарову: Павел Петрович слегка наклонил свой гибкий

наклонил свой гибкий стан и слегка улыбнулся, но руки

не подал и даже положил ее обратно в карман.


Слайд 22
Базаров в несколько минут обегал все дорожки сада,

Базаров в несколько минут обегал все дорожки сада, зашел на скотный

зашел на скотный двор, на конюшню, отыскал двух дворовых

мальчишек, с которыми тотчас свел знакомство, и отправился с ними в небольшое болотце, с версту от усадьбы, за лягушками. — На что тебе лягушки, барин? — спросил его один из мальчиков.


Слайд 24
— А вот на что, — отвечал ему

— А вот на что, — отвечал ему Базаров, который владел

Базаров, который владел особенным уменьем возбуждать к себе доверие

в людях низших, хотя он никогда не потакал им и обходился с ними небрежно, — я лягушку распластаю да посмотрю, что у нее там внутри делается; а так как мы с тобой те же лягушки, только что на ногах ходим, я и буду знать, что и у нас внутри делается.


Слайд 26
— Да на что тебе это?
— А чтобы

— Да на что тебе это?— А чтобы не ошибиться, если

не ошибиться, если ты занеможешь и мне тебя лечить

придется.
— Разве ты дохтур?
— Да.


Слайд 27 Действительно, по саду, шагая через клумбы, шел Базаров.

Действительно, по саду, шагая через клумбы, шел Базаров. Его полотняное пальто

Его полотняное пальто и панталоны были запачканы в грязи;

цепкое болотное растение обвивало тулью его старой круглой шляпы; в правой руке он держал небольшой мешок; в мешке шевелилось что-то живое. Он быстро приблизился к террасе и, качнув головою, промолвил:
— Здравствуйте, господа; извините, что опоздал к чаю, сейчас вернусь; надо вот этих пленниц к месту пристроить.

Слайд 29
— Что это у вас, пиявки? — спросил

— Что это у вас, пиявки? — спросил Павел Петрович.— Нет,

Павел Петрович.
— Нет, лягушки.
— Вы их едите или разводите?

Для опытов, — равнодушно проговорил Базаров и ушел в дом.
— Это он их резать станет, — заметил Павел Петрович, — в принсипы не верит, а в лягушек верит.

Слайд 31
Базаров вернулся, сел за стол и начал

Базаров вернулся, сел за стол и начал поспешно пить чай.

поспешно пить чай. Оба брата молча глядели на него,

а Аркадий украдкой посматривал то на отца, то на дядю.
— Вы далеко отсюда ходили? — спросил наконец Николай Петрович.
— Тут у вас болотце есть, возле осиновой рощи. Я взогнал штук пять бекасов; ты можешь убить их, Аркадий.
— А вы не охотник?
— Нет.

Слайд 33
— Вы собственно физикой занимаетесь? — спросил, в

— Вы собственно физикой занимаетесь? — спросил, в свою очередь, Павел

свою очередь, Павел Петрович.
— Физикой, да; вообще естественными науками.

Говорят, германцы в последнее время сильно успели по этой части.
— Да, немцы в этом наши учители, — небрежно отвечал Базаров.


Слайд 35 Слово германцы, вместо немцы, Павел Петрович употребил ради

Слово германцы, вместо немцы, Павел Петрович употребил ради иронии, которой, однако,

иронии, которой, однако, никто не заметил.
— Вы столь высокого

мнения о немцах? — проговорил с изысканною учтивостью Павел Петрович. Он начинал чувствовать тайное раздражение. Его аристократическую натуру возмущала совершенная развязность Базарова. Этот лекарский сын не только не робел, он даже отвечал отрывисто и неохотно, и в звуке его голоса было что-то грубое, почти дерзкое.
— Тамошние ученые дельный народ.


Слайд 37 — Так, так. Ну, а об русских ученых

— Так, так. Ну, а об русских ученых вы, вероятно, но

вы, вероятно, но имеете столь лестного понятия?
— Пожалуй, что

так.
— Это очень похвальное самоотвержение, — произнес Павел Петрович, выпрямляя стан и закидывая голову назад. — Но как же нам Аркадий Николаич сейчас сказывал, что вы не признаете никаких авторитетов? Не верите им?
— Да зачем же я стану их признавать? И чему я буду верить? Мне скажут дело, я соглашаюсь, вот и все.
— А немцы все дело говорят? — промолвил Павел Петрович, и лицо его приняло такое безучастное, отдаленное выражение, словно он весь ушел в какую-то заоблачную высь.
— Не все, — ответил с коротким зевком Базаров, которому явно не хотелось продолжать словопрение.


Слайд 39
— Что касается до меня, — заговорил он

— Что касается до меня, — заговорил он опять, не без

опять, не без некоторого усилия, — я немцев, грешный

человек, не жалую. О русских немцах я уже не упоминаю: известно, что это за птицы. Но и немецкие немцы мне не по нутру. Еще прежние туда-сюда; тогда у них были — ну, там Шиллер, что ли, Гётте… Брат вот им особенно благоприятствует… А теперь пошли всё какие-то химики да материалисты…
— Порядочный химик в двадцать раз полезнее всякого поэта, — перебил Базаров.
— Вот как, — промолвил Павел Петрович и, словно засыпая, чуть-чуть приподнял брови. — Вы, стало быть, искусства не признаете?
— Искусство наживать деньги, или нет более геморроя! — воскликнул Базаров с презрительною усмешкой.

Слайд 41 — Так - с, так - с. Вот

— Так - с, так - с. Вот как вы изволите

как вы изволите шутить. Это вы все, стало быть,

отвергаете? Положим. Значит, вы верите в одну науку?
— Я уже доложил вам, что ни во что не верю; и что такое наука — наука вообще? Есть науки, как есть ремесла, знания; а наука вообще не существует вовсе.
— Очень хорошо - с. Ну, а насчет других, в людском быту принятых, постановлений вы придерживаетесь такого же отрицательного направления?
— Что это, допрос? — спросил Базаров.
Павел Петрович слегка побледнел…


Слайд 43 3. Евгений Базаров и Аркадий Кирсанов – впечатления

3. Евгений Базаров и Аркадий Кирсанов – впечатления и откровения…

и откровения…


Слайд 44
— Вот видишь ли, Евгений, — промолвил Аркадий,

— Вот видишь ли, Евгений, — промолвил Аркадий, оканчивая свой рассказ,

оканчивая свой рассказ, — как несправедливо ты судишь о

дяде! Я уже не говорю о том, что он не раз выручал отца из беды, отдавал ему все свои деньги, — имение, ты, может быть, не знаешь, у них не разделено, — но он всякому рад помочь и, между прочим, всегда вступается за крестьян; правда, говоря с ними, он морщится и нюхает одеколон…
— Известное дело: нервы, — перебил Базаров.

Слайд 46 — Может быть, только у него сердце предоброе.

— Может быть, только у него сердце предоброе. И он далеко

И он далеко не глуп. Какие он мне давал

полезные советы… особенно… особенно насчет отношений к женщинам.
— Ага! На своем молоке обжегся, на чужую воду дует. Знаем мы это!


Слайд 47 — Ну, словом, — продолжал Аркадий, — он

— Ну, словом, — продолжал Аркадий, — он глубоко несчастлив, поверь

глубоко несчастлив, поверь мне; презирать его — грешно.
— Да

кто его презирает? — возразил Базаров. — А я все-таки скажу, что человек, который всю свою жизнь поставил на карту женской любви и когда ему эту карту убили, раскис и опустился до того, что ни на что не стал способен, этакой человек — не мужчина, не самец. Ты говоришь, что он несчастлив: тебе лучше знать; но дурь из него не вся вышла. Я уверен, что он не шутя воображает себя дельным человеком, потому что читает Галиньяшку и раз в месяц избавит мужика от экзекуции.


Слайд 49 — Да вспомни его воспитание, время, в которое

— Да вспомни его воспитание, время, в которое он жил, —

он жил, — заметил Аркадий.
— Воспитание? — подхватил Базаров.

— Всякий человек сам себя воспитать должен — ну хоть как я, например… А что касается до времени — отчего я от него зависеть буду? Пускай же лучше оно зависит от меня. Нет, брат, это все распущенность, пустота! И что за таинственные отношения между мужчиной и женщиной? Мы, физиологи, знаем, какие это отношения. Ты проштудируй - ка анатомию глаза: откуда тут взяться, как ты говоришь, загадочному взгляду? Это все романтизм, чепуха, гниль, художество. Пойдем лучше смотреть жука.


Слайд 51 — Видел я все заведения твоего отца, —

— Видел я все заведения твоего отца, — начал опять Базаров.

начал опять Базаров. — Скот плохой, и лошади разбитые.

Строения тоже подгуляли, и работники смотрят отъявленными ленивцами; а
управляющий либо
дурак, либо плут, я
еще не разобрал
хорошенько.

— Строг же ты сегодня,
Евгений Васильевич.

Слайд 52
— И добрые мужички надуют твоего отца всенепременно.

— И добрые мужички надуют твоего отца всенепременно. Знаешь поговорку: «Русский

Знаешь поговорку: «Русский мужик бога слопает».
— Я начинаю соглашаться

с дядей, — заметил Аркадий, — ты решительно дурного мнения о русских.
— Эка важность! Русский человек только тем и хорош, что он сам о себе прескверного мнения. Важно то, что дважды два четыре, а остальное все пустяки.


Слайд 54
— И природа пустяки? — проговорил Аркадий, задумчиво

— И природа пустяки? — проговорил Аркадий, задумчиво глядя вдаль на

глядя вдаль на пестрые поля, красиво и мягко освещенные

уже невысоким солнцем.
— И природа пустяки
в том значении, в каком
ты ее понимаешь.
Природа не храм,
а мастерская,
и человек в ней работник.


Слайд 56
Медлительные звуки виолончели долетели до них из дому

Медлительные звуки виолончели долетели до них из дому в это самое

в это самое мгновение. Кто-то играл с чувством, хотя

и неопытною рукою «Ожидание» Шуберта, и медом разливалась по воздуху сладостная мелодия.
— Это что? — произнес с изумлением Базаров.
— Это отец.
— Твой отец играет на виолончели?
— Да.
— Да сколько твоему отцу лет?
— Сорок четыре.


Слайд 58 Базаров вдруг расхохотался.
— Чему же ты смеешься?
— Помилуй!

Базаров вдруг расхохотался.— Чему же ты смеешься?— Помилуй! в сорок четыре

в сорок четыре года человек, pater familias, в …м уезде

— играет на виолончели!

Базаров продолжал
хохотать; но Аркадий,
как ни благоговел перед
своим учителем, на этот
раз даже не улыбнулся.


Слайд 59 4. Конфликт двух поколений – спор Базарова и

4. Конфликт двух поколений – спор Базарова и Павла Петровича Кирсанова

Павла Петровича Кирсанова


Слайд 63
Схватка произошла в тот же день за вечерним

Схватка произошла в тот же день за вечерним чаем. Павел Петрович

чаем. Павел Петрович сошел в гостиную уже готовый к

бою, раздраженный и решительный. Он ждал только предлога, чтобы накинуться на врага; но предлог долго не представлялся. Базаров вообще говорил мало в присутствии «старичков Кирсановых» (так он называл обоих братьев), а в тот вечер он чувствовал себя не в духе и молча выпивал чашку за чашкой. Павел Петрович весь горел нетерпением; его желания сбылись наконец.


Слайд 65 Речь зашла об одном из соседних помещиков. «Дрянь,

Речь зашла об одном из соседних помещиков. «Дрянь, аристократишко», — равнодушно

аристократишко», — равнодушно заметил Базаров, который встречался с ним

в Петербурге.


Слайд 66 — Позвольте вас спросить, — начал Павел Петрович,

— Позвольте вас спросить, — начал Павел Петрович, и губы его

и губы его задрожали, — по вашим понятиям слова:

«дрянь» и «аристократ» одно и то же означают?

— Я сказал:
«аристократишко»,
— проговорил Базаров,
лениво отхлебывая
глоток чаю.


Слайд 67 — Точно так-с: но я полагаю, что вы

— Точно так-с: но я полагаю, что вы такого же мнения

такого же мнения об аристократах, как и об аристократишках.

Я считаю долгом объявить вам, что я этого мнения не разделяю. Смею сказать, меня все знают за человека либерального и любящего прогресс; но именно потому я уважаю аристократов — настоящих. Вспомните, милостивый государь (при этих словах Базаров поднял глаза на Павла Петровича), вспомните, милостивый государь, — повторил он с ожесточением, — английских аристократов. Они не уступают йоты от прав своих, и потому они уважают права других; они требуют исполнения обязанностей в отношении к ним, и потому они сами исполняют свои обязанности. Аристократия дала свободу Англии и поддерживает ее.


Слайд 69 — Слыхали мы эту песню много раз, —

— Слыхали мы эту песню много раз, — возразил Базаров, —

возразил Базаров, — но что вы хотите этим доказать?


Слайд 70 — Я эфтим хочу доказать, милостивый государь (Павел Петрович, когда

— Я эфтим хочу доказать, милостивый государь (Павел Петрович, когда сердился, с намерением

сердился, с намерением говорил: «эфтим» и «эфто», хотя очень

хорошо знал, что подобных слов грамматика не допускает. В этой причуде сказывался остаток преданий Александровского времени. Тогдашние тузы, в редких случаях, когда говорили на родном языке, употребляли одни — эфто, другие — эхто: мы, мол, коренные русаки, и в то же время мы вельможи, которым позволяется пренебрегать школьными правилами), я эфтим хочу доказать, что без чувства собственного достоинства, без уважения к самому себе, — а в аристократе эти чувства развиты, — нет никакого прочного основания общественному… bien public, общественному зданию. Личность, милостивый государь, — вот главное: человеческая личность должна быть крепка, как скала, ибо на ней все строится. Я очень хорошо знаю, например, что вы изволите находить смешными мои привычки, мой туалет, мою опрятность наконец, но это все проистекает из чувства самоуважения, из чувства долга, да-с, да-с, долга. Я живу в деревне, в глуши, но я не роняю себя, я уважаю в себе человека.

Слайд 73 — Позвольте, Павел Петрович, — промолвил Базаров, —

— Позвольте, Павел Петрович, — промолвил Базаров, — вы вот уважаете

вы вот уважаете себя и сидите сложа руки; какая

ж от этого польза для bien public? Вы бы не уважали себя и то же бы делали.
Павел Петрович побледнел.


Слайд 74
— Это совершенно другой вопрос. Мне вовсе не

— Это совершенно другой вопрос. Мне вовсе не приходится объяснять вам

приходится объяснять вам теперь, почему я сижу сложа руки,

как вы изволите выражаться. Я хочу только сказать, что аристократизм — принсип, а без принсипов жить в наше время могут одни безнравственные или пустые люди. Я говорил это Аркадию на другой день его приезда и повторяю теперь вам. Не так ли, Николай?
Николай Петрович кивнул головой.


Слайд 76 — Аристократизм, либерализм, прогресс, принципы, — говорил между

— Аристократизм, либерализм, прогресс, принципы, — говорил между тем Базаров, —

тем Базаров, — подумаешь, сколько иностранных… и бесполезных слов!

Русскому человеку они даром не нужны.
— Что же ему нужно, по-вашему? Послушать вас, так мы находимся вне человечества, вне его законов. Помилуйте — логика истории требует…
— Да на что нам эта логика? Мы и без нее обходимся.
— Как так?
— Да так же. Вы, я надеюсь, не нуждаетесь в логике для того, чтобы положить себе кусок хлеба в рот, когда вы голодны. Куда нам до этих отвлеченностей!
Павел Петрович взмахнул руками.

Слайд 78 — Я вас не понимаю после этого. Вы

— Я вас не понимаю после этого. Вы оскорбляете русский народ.

оскорбляете русский народ. Я не понимаю, как можно не

признавать принсипов, правил! В силу чего же вы действуете?
— Я уже говорил вам, дядюшка, что мы не признаем авторитетов, — вмешался Аркадий.
— Мы действуем в силу того, что мы признаем полезным, — промолвил Базаров. — В теперешнее время полезнее всего отрицание — мы отрицаем.
— Всё?
— Всё.
— Как? не только искусство, поэзию… но и… страшно вымолвить…
— Всё, — с невыразимым спокойствием повторил Базаров.

Слайд 80
Николай Петрович. — Вы все отрицаете, или, выражаясь

Николай Петрович. — Вы все отрицаете, или, выражаясь точнее, вы все

точнее, вы все разрушаете… Да ведь надобно же и

строить.
— Это уже не наше дело… Сперва нужно место расчистить.
— Современное состояние народа этого требует, — с важностью прибавил Аркадий, — мы должны исполнять эти требования, мы не имеем права предаваться удовлетворению личного эгоизма.


Слайд 82 Эта последняя фраза, видимо, не понравилась Базарову; от

Эта последняя фраза, видимо, не понравилась Базарову; от нее веяло философией,

нее веяло философией, то есть романтизмом, ибо Базаров и

философию называл романтизмом; но он не почел за нужное опровергать своего молодого ученика.
— Нет, нет! — воскликнул с внезапным порывом Павел Петрович, — я не хочу верить, что вы, господа, точно знаете русский народ, что вы представители его потребностей, его стремлений! Нет, русский народ не такой, каким вы его воображаете. Он свято чтит предания, он — патриархальный, он не может жить без веры…
— Я не стану против этого спорить, — перебил Базаров, — я даже готов согласиться, что в этом вы правы.
— А если я прав…
— И все-таки это ничего не доказывает.


Слайд 84 — Именно ничего не доказывает, — повторил Аркадий

— Именно ничего не доказывает, — повторил Аркадий с уверенностию опытного

с уверенностию опытного шахматного игрока, который предвидел опасный, по-видимому,

ход противника и потому нисколько не смутился.
— Как ничего не доказывает? — пробормотал изумленный Павел Петрович. — Стало быть, вы идете против своего народа?
— А хоть бы и так? — воскликнул Базаров. — Народ полагает, что когда гром гремит, это Илья-пророк в колеснице по небу разъезжает. Что ж? Мне соглашаться с ним? Да притом — он русский, а разве я сам не русский.
— Нет, вы не русский после всего, что вы сейчас сказали! Я вас за русского признать не могу.


Слайд 86 — Мой дед землю пахал, — с

— Мой дед землю пахал, — с надменною гордостию отвечал

надменною гордостию отвечал Базаров. — Спросите любого из ваших

же мужиков, в ком из нас — в вас или во мне — он скорее признает соотечественника. Вы и говорить-то с ним не умеете.

Слайд 87
— А вы говорите с ним и презираете

— А вы говорите с ним и презираете его в то

его в то же время.
— Что ж, коли он

заслуживает презрения! Вы порицаете мое направление, а кто вам сказал, что оно во мне случайно, что оно не вызвано тем самым народным духом, во имя которого вы так ратуете?
— Как же! Очень нужны нигилисты!
— Нужны ли они или нет — не нам решать. Ведь и вы считаете себя не бесполезным.


Слайд 89 — Господа, господа, пожалуйста, без личностей! — воскликнул

— Господа, господа, пожалуйста, без личностей! — воскликнул Николай Петрович и

Николай Петрович и приподнялся.
Павел Петрович улыбнулся и, положив руку

на плечо брату, заставил его снова сесть.
— Не беспокойся, — промолвил он. — Я не позабудусь именно вследствие того чувства достоинства, над которым так жестоко трунит господин… господин доктор. Позвольте, — продолжал он, обращаясь снова к Базарову, — вы, может быть, думаете, что ваше учение новость? Напрасно вы это воображаете. Материализм, который вы проповедуете, был уже не раз в ходу и всегда оказывался несостоятельным…


Слайд 91 — Опять иностранное слово! — перебил Базаров. Он

— Опять иностранное слово! — перебил Базаров. Он начинал злиться, и

начинал злиться, и лицо его приняло какой-то медный и

грубый цвет. — Во-первых, мы ничего не проповедуем; это не в наших привычках…
— Что же вы делаете?
— А вот что мы делаем. Прежде, в недавнее еще время, мы говорили, что чиновники наши берут взятки, что у нас нет ни дорог, ни торговли, ни правильного суда…
— Ну да, да, вы обличители, — так, кажется, это называется. Со многими из ваших обличений и я соглашаюсь, но…


Слайд 93 — А потом мы догадались, что болтать, все

— А потом мы догадались, что болтать, все только болтать о

только болтать о наших язвах не стоит труда, что

это ведет только к пошлости и доктринерству; мы увидали, что и умники наши, так называемые передовые люди и обличители, никуда не годятся, что мы занимаемся вздором, толкуем о каком-то искусстве, бессознательном творчестве, о парламентаризме, об адвокатуре и черт знает о чем, когда дело идет о насущном хлебе, когда грубейшее суеверие нас душит, когда все наши акционерные общества лопаются единственно оттого, что оказывается недостаток в честных людях, когда самая свобода, о которой хлопочет правительство, едва ли пойдет нам впрок, потому что мужик наш рад самого себя обокрасть, чтобы только напиться дурману в кабаке.


Слайд 95 — Так, — перебил Павел Петрович, — так:

— Так, — перебил Павел Петрович, — так: вы во всем

вы во всем этом убедились и решились сами ни

за что серьезно не приниматься.
— И решились ни за что не приниматься, — угрюмо повторил Базаров.
Ему вдруг стало досадно на самого себя, зачем он так распространился перед этим барином.
— А только ругаться?
— И ругаться.
— И это называется нигилизмом?
— И это называется нигилизмом, — повторил опять Базаров, на этот раз с особенною дерзостью.


Слайд 97
Павел Петрович слегка прищурился.

Павел Петрович слегка прищурился.  — Так вот как! — промолвил

Так вот как! — промолвил он странно спокойным голосом.

— Нигилизм всему горю помочь должен, и вы, вы наши избавители и герои. Но за что же вы других-то, хоть бы тех же обличителей, честите? Не так же ли вы болтаете, как и все?
— Чем другим, а этим грехом не грешны, — произнес сквозь зубы Базаров.


Слайд 99 — Так что ж? вы действуете, что ли?

— Так что ж? вы действуете, что ли? Собираетесь действовать?Базаров ничего

Собираетесь действовать?
Базаров ничего не отвечал. Павел Петрович так и

дрогнул, но тотчас же овладел собою.
— Гм!.. Действовать, ломать… — продолжал он. — Но как же это ломать, не зная даже почему?
— Мы ломаем, потому что мы сила, — заметил Аркадий.
Павел Петрович посмотрел на своего племянника и усмехнулся.
— Да, сила — так и не дает отчета, — проговорил Аркадий и выпрямился.


Слайд 101 — Несчастный! — возопил Павел Петрович; он

— Несчастный! — возопил Павел Петрович; он решительно не был

решительно не был в состоянии крепиться долее, — хоть

бы ты подумал, что в России ты поддерживаешь твоею пошлою сентенцией! Нет, это может ангела из терпения вывести! Сила! И в диком калмыке, и в монголе есть сила — да на что нам она? Нам дорога цивилизация, да-с, да-с, милостивый государь, нам дороги ее плоды. И не говорите мне, что эти плоды ничтожны: последний пачкун, un barbouilleur, тапер, которому дают пять копеек за вечер, и те полезнее вас, потому что они представители цивилизации, а не грубой монгольской силы! Вы воображаете себя передовыми людьми, а вам только в калмыцкой кибитке сидеть! Сила! Да вспомните, наконец, господа сильные, что вас всего четыре человека с половиною, а тех — миллионы, которые не позволят вам попирать ногами свои священнейшие верования, которые раздавят вас!

Слайд 103
— Коли раздавят, туда и дорога, — промолвил

— Коли раздавят, туда и дорога, — промолвил Базаров. — Только

Базаров. — Только бабушка еще надвое сказала. Нас не

так мало, как вы полагаете.
— Как? Вы не шутя думаете сладить, сладить с целым народом?
— От копеечной свечи, вы знаете, Москва сгорела, — ответил Базаров.
— Так, так. Сперва гордость почти сатанинская, потом глумление. Вот, вот чем увлекается молодежь, вот чему покоряются неопытные сердца мальчишек! Вот, поглядите, один из них рядом с вами сидит, ведь он чуть не молится на вас, полюбуйтесь. (Аркадий отворотился и нахмурился.) И эта зараза уже далеко распространилась. Мне сказывали, что в Риме наши художники в Ватикан ни ногой. Рафаэля считают чуть не дураком, потому что это, мол, авторитет; а сами бессильны и бесплодны до гадости, а у самих фантазия дальше «Девушки у фонтана» не хватает, хоть ты что! И написана-то девушка прескверно. По-вашему, они молодцы, не правда ли?


Слайд 105 — По-моему, — возразил Базаров. — Рафаэль гроша

— По-моему, — возразил Базаров. — Рафаэль гроша медного не стоит,

медного не стоит, да и они не лучше его.

— Браво! браво! Слушай, Аркадий… вот как должны современные молодые люди выражаться! И как, подумаешь, им не идти за вами! Прежде молодым людям приходилось учиться; не хотелось им прослыть за невежд, так они поневоле трудились. А теперь им стоит сказать: все на свете вздор! — и дело в шляпе. Молодые люди обрадовались. И в самом деле, прежде они просто были болваны, а теперь они вдруг стали нигилисты.


Слайд 107
— Вот и изменило вам хваленое чувство собственного

— Вот и изменило вам хваленое чувство собственного достоинства, — флегматически

достоинства, — флегматически заметил Базаров, между тем как Аркадий

весь вспыхнул и засверкал глазами. — Спор наш зашел слишком далеко… Кажется, лучше его прекратить. А я тогда буду готов согласиться с вами, — прибавил он, вставая, — когда вы представите мне хоть одно постановление в современном нашем быту, в семейном или общественном, которое бы не вызывало полного и беспощадного отрицания.


Слайд 109 — Я вам миллионы таких постановлений представлю, —

— Я вам миллионы таких постановлений представлю, — воскликнул Павел Петрович,

воскликнул Павел Петрович, — миллионы! Да вот хоть община,

например.
Холодная усмешка скривила губы Базарова.
— Ну, насчет общины, — промолвил он, — поговорите лучше с вашим братцем. Он теперь, кажется, изведал на деле, что такое община, круговая порука, трезвость и тому подобные штучки.
— Семья наконец, семья, так, как она существует у наших крестьян! — закричал Павел Петрович.


Слайд 114 5. Евгений Базаров

5. Евгений Базаров    и        Анна Одинцова…

и

Анна Одинцова…

Слайд 117 — Ну что? — спросил Базаров Аркадия, как

— Ну что? — спросил Базаров Аркадия, как только тот вернулся

только тот вернулся к нему в уголок, — получил

удовольствие? Мне сейчас сказывал один барин, что эта госпожа — ой-ой-ой; да барин-то, кажется, дурак. Ну, а по-твоему, что она, точно — ой-ой-ой?
— Я этого определенья не совсем понимаю, — отвечал Аркадий.
— Вот еще! Какой невинный!
— В таком случае я не понимаю твоего барина. Одинцова очень мила — бесспорно, но она так холодно и строго себя держит, что…


Слайд 119
— В тихом омуте… ты знаешь! — подхватил

— В тихом омуте… ты знаешь! — подхватил Базаров. — Ты

Базаров. — Ты говоришь, она холодна. В этом-то самый

вкус и есть. Ведь ты любишь мороженое?
— Может быть, — пробормотал Аркадий, — я об этом судить не могу. Она желает с тобой познакомиться и просила меня, чтоб я привез тебя к ней.

Слайд 121 — Отчего ты не хочешь допустить свободы мысли

— Отчего ты не хочешь допустить свободы мысли в женщинах? —

в женщинах? — проговорил он вполголоса.
— Оттого, братец, что,

по моим замечаниям, свободно мыслят между женщинами только уроды.


Слайд 122
Настоящею причиной всей этой «новизны» было чувство, внушенное

Настоящею причиной всей этой «новизны» было чувство, внушенное Базарову Одинцовой, —

Базарову Одинцовой, — чувство, которое его мучило и бесило

и от которого он тотчас отказался бы с презрительным хохотом и циническою бранью, если бы кто-нибудь хотя отдаленно намекнул ему на возможность того, что в нем происходило.


Слайд 124 Базаров был великий охотник до женщин и до

Базаров был великий охотник до женщин и до женской красоты, но

женской красоты, но любовь в смысле идеальном, или, как

он выражался, романтическом, называл белибердой, непростительною дурью, считал рыцарские чувства чем-то вроде уродства или болезни и не однажды выражал свое удивление: почему не посадили в желтый дом Тоггенбурга со всеми миннезингерами и трубадурами? «Нравится тебе женщина, — говаривал он, — старайся добиться толку; а нельзя — ну, не надо, отвернись — земля не клином сошлась».


Слайд 127 Одинцова ему нравилась: распространенные слухи о ней, свобода

Одинцова ему нравилась: распространенные слухи о ней, свобода и независимость ее

и независимость ее мыслей, ее несомненное расположение к нему

— все, казалось, говорило в его пользу; но он скоро понял, что с ней «не добьешься толку», а отвернуться от нее он, к изумлению своему, не имел сил.


Слайд 128
Кровь его загоралась, как только он вспоминал о

Кровь его загоралась, как только он вспоминал о ней; он легко

ней; он легко сладил бы с своею кровью, но

что-то другое в него
вселилось, чего он никак
не допускал, над чем
всегда трунил,
что возмущало
всю его гордость.


Слайд 129 В разговорах с Анной Сергеевной он еще больше

В разговорах с Анной Сергеевной он еще больше прежнего высказывал свое

прежнего высказывал свое равнодушное презрение ко всему романтическому; а

оставшись наедине, он с негодованием сознавал романтика в самом себе.

Слайд 130 Тогда он отправлялся в лес и ходил по

Тогда он отправлялся в лес и ходил по нем большими шагами,

нем большими шагами, ломая попадавшиеся ветки и браня вполголоса

и ее и себя; или забирался на сеновал, в сарай, и, упрямо закрывая глаза, заставлял себя спать, что ему, разумеется, не всегда удавалось.

Слайд 131 Вдруг ему представится, что эти целомудренные руки когда-нибудь

Вдруг ему представится, что эти целомудренные руки когда-нибудь обовьются вокруг его

обовьются вокруг его шеи, что эти гордые губы ответят

на его поцелуи, что эти умные глаза с нежностью — да, с нежностью остановятся на его глазах, и голова его закружится, и он забудется на миг, пока опять не вспыхнет в нем негодование.


Слайд 133 Он ловил самого себя на всякого рода «постыдных»

Он ловил самого себя на всякого рода «постыдных» мыслях, точно бес

мыслях, точно бес его дразнил. Ему казалось иногда, что

и в Одинцовой происходит перемена, что в выражении ее лица проявлялось что-то особенное, что, может быть… Но тут он обыкновенно топал ногою или скрежетал зубами и грозил себе кулаком.


Слайд 134 А между тем Базаров не совсем ошибался.

А между тем Базаров не совсем ошибался. Он поразил воображение

Он поразил воображение Одинцовой; он занимал ее, она много

о нем думала. В его отсутствие она не скучала, не ждала его, но его появление тотчас ее оживляло; она охотно оставалась с ним наедине и охотно с ним разговаривала, даже тогда, когда он ее сердил или оскорблял ее вкус, ее изящные привычки. Она как будто хотела и его испытать, и себя изведать.

Слайд 136 Однажды он, гуляя с ней по саду, внезапно

Однажды он, гуляя с ней по саду, внезапно промолвил угрюмым голосом,

промолвил угрюмым голосом, что намерен скоро уехать в деревню,

к отцу… Она побледнела, словно ее что в сердце кольнуло, да так кольнуло, что она удивилась и долго потом размышляла о том, что бы это значило. Базаров объявил ей о своем отъезде не с мыслию испытать ее, посмотреть, что из этого выйдет: он никогда не «сочинял».


Слайд 139
Анна Сергеевна вопросительно посмотрела на него.
— Как хотите,

Анна Сергеевна вопросительно посмотрела на него.— Как хотите, — продолжала она,

— продолжала она, — а мне все-таки что-то говорит,

что мы сошлись недаром, что мы будем хорошими друзьями. Я уверена, что ваша эта, как бы сказать, ваша напряженность, сдержанность исчезнет наконец?


Слайд 142 — А вы заметили во мне сдержанность… как

— А вы заметили во мне сдержанность… как вы еще выразились…

вы еще выразились… напряженность?
— Да.
Базаров встал и подошел
к

окну.
— И вы желали бы
знать причину этой
сдержанности, вы желали
бы знать, что
во мне происходит?
— Да, — повторила Одинцова с каким-то, ей еще непонятным, испугом.


Слайд 143 — И вы не рассердитесь?
— Нет.
— Нет? —

— И вы не рассердитесь?— Нет.— Нет? — Базаров стоял к

Базаров стоял к ней спиною. — Так знайте же,

что я люблю вас, глупо, безумно… Вот чего вы добились.


Слайд 144
Одинцова протянула вперед обе руки, а Базаров уперся

Одинцова протянула вперед обе руки, а Базаров уперся лбом в стекло

лбом в стекло окна. Он задыхался; все тело его

видимо трепетало. Но это было не трепетание юношеской робости, не сладкий ужас первого признания овладел им: это страсть в нем билась, сильная и тяжелая — страсть, похожая на злобу и, быть может, сродни ей… Одинцовой стало и страшно и жалко его.
 


Слайд 146 — Евгений Васильич, — проговорила она, и невольная

— Евгений Васильич, — проговорила она, и невольная нежность зазвенела в

нежность зазвенела в ее голосе.
Он быстро обернулся, бросил на

нее пожирающий взор — и, схватив ее обе руки, внезапно привлек ее к себе на грудь.
Она не тотчас освободилась из его объятий; но мгновенье спустя она уже стояла далеко в углу и глядела оттуда на Базарова. Он рванулся к ней…
— Вы меня не поняли, — прошептала она с торопливым испугом. Казалось, шагни он еще раз, она бы вскрикнула… Базаров закусил губы и вышел.


Слайд 153 6. Евгений Базаров
и

6. Евгений Базаров и          родители…

родители…

Слайд 154 — Скажи, — начал Аркадий после небольшого молчания,

— Скажи, — начал Аркадий после небольшого молчания, — тебя в

— тебя в детстве не притесняли?
— Ты видишь, какие

у меня родители. Народ не строгий.
— Ты их любишь, Евгений?
— Люблю, Аркадий!
— Они тебя так любят!
Базаров помолчал.


Слайд 156 7. У стога сена…

7. У стога сена…

Слайд 158 — Знаешь ли ты, о чем я думаю?

— Знаешь ли ты, о чем я думаю? — промолвил он

— промолвил он на конец, закидывая руки за голову.

Не знаю. О чем?
— Я думаю: хорошо моим родителям жить на свете! Отец в шестьдесят лет хлопочет, толкует о «паллиативных» средствах, лечит людей, великодушничает с крестьянами — кутит, одним словом; и матери моей хорошо: день ее до того напичкан всякими занятиями, ахами да охами, что ей и опомниться некогда; а я…
— А ты?


Слайд 160 Оба приятеля полежали некоторое время в молчании.

Оба приятеля полежали некоторое время в молчании.

Слайд 161 — Да, — начал Базаров, — странное существо

— Да, — начал Базаров, — странное существо человек. Как посмотришь

человек. Как посмотришь этак сбоку да издали на глухую

жизнь, какую ведут здесь «отцы», кажется: чего лучше? Ешь, пей и знай, что поступаешь самым правильным, самым разумным манером. Ан нет; тоска одолеет. Хочется с людьми возиться, хоть ругать их, да возиться с ними.

Слайд 162 — Надо бы так устроить жизнь, чтобы каждое

— Надо бы так устроить жизнь, чтобы каждое мгновение в ней

мгновение в ней было значительно, — произнес задумчиво Аркадий.

Кто говорит! Значительное хоть и ложно бывает, да сладко, но и с незначительным помириться можно… а вот дрязги, дрязги… это беда.


Слайд 163 — А я так многих. Ты нежная душа,

— А я так многих. Ты нежная душа, размазня, где тебе

размазня, где тебе ненавидеть!.. Ты робеешь, мало на себя

надеешься…
— А ты, — перебил Аркадий, — на себя надеешься? Ты высокого мнения о самом себе?
Базаров помолчал.


Слайд 164  

        — Когда я встречу

— Когда я

встречу человека, который не спасовал бы передо мною, — проговорил он с расстановкой, — тогда я изменю свое мнение о самом себе. Ненавидеть! Да вот, например, ты сегодня сказал, проходя мимо избы нашего старосты Филиппа, — она такая славная, белая, — вот, сказал ты, Россия тогда достигнет совершенства, когда у последнего мужика будет такое же помещение, и всякий из нас должен этому способствовать… А я и возненавидел этого последнего мужика, Филиппа или Сидора, для которого я должен из кожи лезть и который мне даже спасибо не скажет… да и на что мне его спасибо? Ну, будет он жить в белой избе, а из меня лопух расти будет; ну, а дальше?


Слайд 166 8. Дуэль

8. Дуэль

Слайд 168 — Приступим.
— Новых объяснений вы, я полагаю, не

— Приступим.— Новых объяснений вы, я полагаю, не требуете?— Не требую.—

требуете?
— Не требую.
— Угодно вам заряжать? — спросил Павел

Петрович, вынимая из ящика пистолеты.
— Нет; заряжайте вы, а я шаги отмеривать стану. Ноги у меня длиннее, — прибавил Базаров с усмешкой. — Раз, два, три…
— Евгений Васильич, — с трудом пролепетал Петр (он дрожал, как в лихорадке), — воля ваша, я отойду.


Слайд 170 — Четыре… пять… Отойди, братец, отойди; можешь даже

— Четыре… пять… Отойди, братец, отойди; можешь даже за дерево стать

за дерево стать и уши заткнуть, только глаз не

закрывай; а повалится кто, беги подымать. Шесть… семь… восемь… — Базаров остановился. — Довольно? — промолвил он, обращаясь к Павлу Петровичу, — или еще два шага накинуть?
— Как угодно, — проговорил тот, заколачивая вторую пулю.
— Ну, накинем еще два шага. — Базаров провел носком сапога черту по земле. — Вот и барьер. А кстати: на сколько шагов каждому из нас от барьера отойти? Это тоже важный вопрос. Вчера об этом не было дискуссии.
— Я полагаю, на десять, — ответил Павел Петрович, подавая Базарову оба пистолета. — Соблаговолите выбрать.


Слайд 172 — Соблаговоляю. А согласитесь, Павел Петрович, что поединок

— Соблаговоляю. А согласитесь, Павел Петрович, что поединок наш необычаен до

наш необычаен до смешного. Вы посмотрите только на физиономию

нашего секунданта.
— Вам все желательно шутить, — ответил Павел Петрович. — Я не отрицаю странности нашего поединка, но я считаю долгом предупредить вас, что я намерен драться серьезно. A bon entendeur, salut!
— О! я не сомневаюсь в том, что мы решились истреблять друг друга; но почему же не посмеяться и не соединить utile dulci? Так-то: вы мне по-французски, а я вам по-латыни.
— Я буду драться серьезно, — повторил Павел Петрович и отправился на свое место. Базаров, с своей стороны, отсчитал десять шагов от барьера и остановился.

Слайд 174 — Вы готовы? — спросил Павел Петрович.
— Совершенно.

— Вы готовы? — спросил Павел Петрович.— Совершенно.— Можем сходиться.

Можем сходиться.
Базаров тихонько двинулся вперед, и

Павел Петрович пошел на него, заложив левую руку в карман и постепенно поднимая дуло пистолета… «Он мне прямо в нос целит, — подумал Базаров, — и как щурится старательно, разбойник! Однако это неприятное ощущение. Стану смотреть на цепочку его часов…» Что-то резко зыкнуло около самого уха Базарова, и в то же мгновенье раздался выстрел. «Слышал, стало быть ничего», — успело мелькнуть в его голове. Он ступил еще раз и, не целясь, подавил пружинку.


Слайд 176 Павел Петрович дрогнул слегка и хватился рукою за

Павел Петрович дрогнул слегка и хватился рукою за ляжку. Струйка крови

ляжку. Струйка крови потекла по его белым панталонам.
Базаров бросил

пистолет в сторону и приблизился к своему противнику.
— Вы ранены? — промолвил он.
— Вы имели право подозвать меня к барьеру, — проговорил Павел Петрович, — а это пустяки. По условию каждый имеет еще по одному выстрелу.

Слайд 178
— Ну, извините, это до другого раза, —

— Ну, извините, это до другого раза, — отвечал Базаров и

отвечал Базаров и обхватил Павла Петровича, который начинал бледнеть.

— Теперь я уже не дуэлист, а доктор и прежде всего должен осмотреть вашу рану. Петр! поди сюда, Петр! куда ты спрятался?
— Все это вздор… Я не нуждаюсь ни в чьей помощи, — промолвил с расстановкой Павел Петрович, — и… надо… опять… — Он хотел было дернуть себя за ус, но рука его ослабела, глаза закатились, и он лишился чувств.


Слайд 180
— Вот новость! Обморок! С чего бы! —

— Вот новость! Обморок! С чего бы! — невольно воскликнул Базаров,

невольно воскликнул Базаров, опуская Павла Петровича на траву. —

Посмотрим, что за штука? — Он вынул платок, отер кровь, пощупал вокруг раны… — Кость цела, — бормотал он сквозь зубы, — пуля прошла неглубоко насквозь, один мускул, vastus externus, задет. Хоть пляши через три недели!.. А обморок! Ох, уж эти мне нервные люди! Вишь, кожа-то какая тонкая.

Слайд 182
— Убиты-с? — прошелестел за его спиной трепетный

— Убиты-с? — прошелестел за его спиной трепетный голос Петра.Базаров оглянулся.—

голос Петра.
Базаров оглянулся.
— Ступай за водой поскорее, братец, а

он нас с тобой еще переживет.
Но усовершенствованный слуга, казалось, не понимал его слов и не двигался с места. Павел Петрович медленно открыл глаза. «Кончается!» — шепнул Петр и начал креститься.
— Вы правы… Экая глупая физиономия! — проговорил с насильственною улыбкой раненый джентльмен.


Слайд 184 — Да ступай же за водой, черт! —

— Да ступай же за водой, черт! — крикнул Базаров.— Не

крикнул Базаров.
— Не нужно… Это был минутный vertige…  Помогите

мне сесть… вот так… Эту царапину стоит только чем-нибудь прихватить, и я дойду домой пешком, а не то можно дрожки за мной прислать. Дуэль, если вам угодно, не возобновляется. Вы поступили благородно… сегодня, сегодня — заметьте.


Слайд 186 — О прошлом вспоминать незачем, — возразил Базаров,

— О прошлом вспоминать незачем, — возразил Базаров, — а что

— а что касается до будущего, то о нем

тоже не стоит голову ломать, потому что я намерен немедленно улизнуть. Дайте, я вам перевяжу теперь ногу; рана ваша — не опасная, а все лучше остановить кровь. Но сперва необходимо этого смертного привести в чувство.
 


Слайд 187 — Не туго ли я завязал вам ногу?

— Не туго ли я завязал вам ногу? — спросил наконец

— спросил наконец Базаров.
— Нет, ничего, прекрасно, — отвечал

Павел Петрович и, погодя немного, прибавил: — Брата не обманешь, надо будет сказать ему, что мы повздорили из-за политики.
— Очень хорошо, — промолвил Базаров. — Вы можете сказать, что я бранил всех англоманов.
— И прекрасно. Как вы полагаете, что думает теперь о нас этот человек? — продолжал Павел Петрович, указывая на того самого мужика, который за несколько минут до дуэли прогнал мимо Базарова спутанных лошадей и, возвращаясь назад по дороге, «забочил» и снял шапку при виде «господ».

Слайд 189 — Я должен вас просить заняться братом, —

— Я должен вас просить заняться братом, — сказал ему Николай

сказал ему Николай Петрович, — пока нам из города

привезут другого врача.
Базаров молча наклонил голову.
Час спустя Павел Петрович уже лежал в постели с искусно забинтованною ногой. Весь дом переполошился; Фенечке сделалось дурно. Николай Петрович втихомолку ломал себе руки, а Павел Петрович смеялся, шутил, особенно с Базаровым; надел тонкую батистовую рубашку, щегольскую утреннюю курточку и феску, не позволил опускать шторы окон и забавно жаловался на необходимость воздержаться от пищи.


Слайд 190 9. Болезнь и смерть

9. Болезнь и смерть       Евгения Базарова…

Евгения Базарова…

Слайд 192 Однажды, в его присутствии, Василий Иванович перевязывал мужику

Однажды, в его присутствии, Василий Иванович перевязывал мужику раненую ногу, но

раненую ногу, но руки тряслись у старика, и он

не мог справиться с бинтами; сын ему помог и с тех пор стал участвовать в его практике, не переставая в то же время подсмеиваться и над средствами, которые сам же советовал, и над отцом, который тотчас же пускал их в ход.

Слайд 195 Но насмешки Базарова нисколько не смущали Василия Ивановича;

Но насмешки Базарова нисколько не смущали Василия Ивановича; они даже утешали

они даже утешали его. Придерживая свой засаленный шлафрок двумя

пальцами на желудке и покуривая трубочку, он с наслаждением слушал Базарова, и чем больше злости было в его выходках, тем добродушнее хохотал, выказывая все свои черные зубы до единого, его осчастливленный отец.

Слайд 197
Базаров раз даже вырвал зуб у заезжего разносчика

Базаров раз даже вырвал зуб у заезжего разносчика с красным товаром,

с красным товаром, и, хотя этот зуб принадлежал к

числу обыкновенных, однако Василий Иванович сохранил его как редкость и, показывая его отцу Алексею, беспрестанно повторял:
— Вы посмотрите, что за корни! Этакая сила у Евгения! Краснорядец так на воздух и поднялся… Мне кажется, дуб и тот бы вылетел вон!..


Слайд 199 Однажды мужичок соседней деревни привез к Василию Ивановичу

Однажды мужичок соседней деревни привез к Василию Ивановичу своего брата, больного

своего брата, больного тифом. Лежа ничком на связке соломы,

несчастный умирал; темные пятна покрывали его тело, он давно потерял сознание. Василий Иванович изъявил сожаление в том, что никто раньше не вздумал обратиться к помощи медицины, и объявил, что спасения нет. Действительно, мужичок не довез своего брата до дома: он так и умер в телеге.

Слайд 201 Дня три спустя Базаров вошел к отцу в

Дня три спустя Базаров вошел к отцу в комнату и спросил,

комнату и спросил, нет ли у него адского камня?

Есть; на что тебе?
— Нужно… ранку прижечь.
— Кому?
— Себе.
— Как, себе! Зачем же это? Какая это ранка? Где она?
— Вот тут, на пальце. Я сегодня ездил в деревню, знаешь — откуда тифозного мужика привозили. Они почему-то вскрывать его собирались, а я давно в этом не упражнялся.
— Ну?
— Ну, вот я и попросил уездного врача; ну, и порезался.


Слайд 203 Василий Иванович вдруг побледнел весь и, ни слова

Василий Иванович вдруг побледнел весь и, ни слова не говоря, бросился

не говоря, бросился в кабинет, откуда тотчас же вернулся

с кусочком адского камня в руке. Базаров хотел было взять его и уйти.
— Ради самого Бога, — промолвил Василий Иванович, — позволь мне это сделать самому.
Базаров усмехнулся.
— Экой ты охотник до практики!
— Не шути, пожалуйста. Покажи свой палец. Ранка-то не велика. Не больно?
— Напирай сильнее, не бойся.


Слайд 205 Василий Иванович остановился.
— Как ты полагаешь, Евгений, не

Василий Иванович остановился.— Как ты полагаешь, Евгений, не лучше ли нам

лучше ли нам прижечь железом?
— Это бы раньше надо

сделать; а теперь, по-настоящему, и адский камень не нужен. Если я заразился, так уж теперь поздно.
— Как… поздно… — едва мог произнести Василий Иванович.
— Еще бы! с тех пор четыре часа прошло с лишком.


Слайд 207
Василий Иванович еще немного прижег ранку.
— Да разве

Василий Иванович еще немного прижег ранку.— Да разве у уездного лекаря

у уездного лекаря не было адского камня?
— Не было.

Как же это, Боже мой! Врач — и не имеет такой необходимой вещи?
— Ты бы посмотрел на его ланцеты, — промолвил Базаров и вышел вон.


Слайд 209 Базаров уже не вставал в тот день и

Базаров уже не вставал в тот день и всю ночь провел

всю ночь провел в тяжелой, полузабывчивой дремоте. Часу в

первом утра он, с усилием раскрыв глаза, увидел над собою при свете лампадки бледное лицо отца и велел ему уйти; тот повиновался, но тотчас же вернулся на цыпочках и, до половины заслонившись дверцами шкафа, неотвратимо глядел на своего сына. Арина Власьевна тоже не ложилась и, чуть отворив дверь кабинета, то и дело подходила послушать, «как дышит Енюша», и посмотреть на Василия Ивановича. Она могла видеть одну его неподвижную, сгорбленную спину, но и это ей доставляло некоторое облегчение.

Слайд 211 Утром Базаров попытался встать; голова у него закружилась,

Утром Базаров попытался встать; голова у него закружилась, кровь пошла носом;

кровь пошла носом; он лег опять. Василий Иванович молча

ему прислуживал; Арина Власьевна вошла к нему и спросила его, как он себя чувствует. Он отвечал: «Лучше» — и повернулся к стене. Василий Иванович замахал на жену обеими руками; она закусила губу, чтобы не заплакать, и вышла вон. Все в доме вдруг словно потемнело; все лица вытянулись, сделалась странная тишина; со двора унесли на деревню какого-то горластого петуха, который долго не мог понять, зачем с ним так поступают.


Слайд 213 Базаров продолжал лежать, уткнувшись в стену. Василий Иванович

Базаров продолжал лежать, уткнувшись в стену. Василий Иванович пытался обращаться к

пытался обращаться к нему с разными вопросами, но они

утомляли Базарова, и старик замер в своих креслах, только изредка хрустя пальцами. Он отправлялся на несколько мгновений в сад, стоял там как истукан, словно пораженный несказанным изумлением (выражение изумления вообще не сходило у него с лица), и возвращался снова к сыну, стараясь избегать расспросов жены. Она наконец схватила его за руку и судорожно, почти с угрозой, промолвила: «Да что с ним?» Тут он спохватился и принудил себя улыбнуться ей в ответ; но, к собственному ужасу, вместо улыбки у него откуда-то взялся смех. За доктором он послал с утра. Он почел нужным предуведомить об этом сына, чтобы тот как-нибудь не рассердился.

Слайд 215 Базаров вдруг повернулся на диване, пристально и тупо

Базаров вдруг повернулся на диване, пристально и тупо посмотрел на отца

посмотрел на отца и попросил напиться.
Василий Иванович подал ему

воды и кстати пощупал его лоб. Он так и пылал.
— Старина, — начал Базаров сиплым и медленным голосом, — дело мое дрянное. Я заражен, и через несколько дней ты меня хоронить будешь.
Василий Иванович пошатнулся, словно кто по ногам его ударил.
— Евгений! — пролепетал он, — что ты это!.. Бог с тобою! Ты простудился…
— Полно, — не спеша перебил его Базаров. — Врачу непозволительно так говорить. Все признаки заражения, ты сам знаешь.


Слайд 217 — Где же признаки… заражения, Евгений?.. помилуй!
— А

— Где же признаки… заражения, Евгений?.. помилуй!— А это что? —

это что? — промолвил Базаров и, приподняв рукав рубашки,

показал отцу выступившие зловещие красные пятна.
Василий Иванович дрогнул и похолодел от страха.
— Положим, — сказал он наконец, — положим… если… если даже что-нибудь вроде… заражения…
— Пиэмии, — подсказал сын.
— Ну да… вроде… эпидемии…
— Пиэмии, — сурово и отчетливо повторил Базаров. — Аль уж позабыл свои тетрадки?
— Ну да, да, как тебе угодно… А все-таки мы тебя вылечим!


Слайд 219 — Ну, это дудки. Но не в том

— Ну, это дудки. Но не в том дело. Я не

дело. Я не ожидал, что так скоро умру; это

случайность, очень, по правде сказать, неприятная. Вы оба с матерью должны теперь воспользоваться тем, что в вас религия сильна; вот вам случай поставить ее на пробу. — Он отпил еще немного воды. — А я хочу попросить тебя об одной вещи… пока еще моя голова в моей власти. Завтра или послезавтра мозг мой, ты знаешь, в отставку подаст. Я и теперь не совсем уверен, ясно ли я выражаюсь. Пока я лежал, мне все казалось, что вокруг меня красные собаки бегали, а ты надо мной стойку делал, как над тетеревом. Точно я пьяный. Ты хорошо меня понимаешь?
— Помилуй, Евгений, ты говоришь совершенно как следует.


Слайд 221 — Тем лучше; ты мне сказал, ты послал

— Тем лучше; ты мне сказал, ты послал за доктором… Этим

за доктором… Этим ты себя потешил… потешь и меня:

пошли ты нарочного…
— К Аркадию Николаичу, — подхватил старик.
— Кто такой Аркадий Николаич? — проговорил Базаров как бы в раздумье. — Ах да! птенец этот! Нет, ты его не трогай: он теперь в галки попал. Не удивляйся, это еще не бред. А ты пошли нарочного к Одинцовой, Анне Сергеевне, тут есть такая помещица… Знаешь? (Василий Иванович кивнул головой.) Евгений, мол, Базаров кланяться велел и велел сказать, что умирает. Ты это исполнишь?
— Исполню… Только возможное ли это дело, чтобы ты умер, ты, Евгений… Сам посуди! Где ж после этого будет справедливость?
— Этого я не знаю; а только ты нарочного пошли.


Слайд 223 — Сию минуту пошлю, и сам письмо напишу.

— Сию минуту пошлю, и сам письмо напишу.— Нет, зачем; скажи,

Нет, зачем; скажи, что кланяться велел, больше ничего не

нужно. А теперь я опять к моим собакам. Странно! хочу остановить мысль на смерти, и ничего не выходит. Вижу какое-то пятно… и больше ничего.
Он опять тяжело повернулся к стене; а Василий Иванович вышел из кабинета и, добравшись до жениной спальни, так и рухнулся на колени перед образами.
— Молись, Арина, молись! — простонал он, — наш сын умирает.


Слайд 225 Базарову становилось хуже с каждым часом; болезнь приняла

Базарову становилось хуже с каждым часом; болезнь приняла быстрый ход, что

быстрый ход, что обыкновенно случается при хирургических отравах. Он

еще не потерял памяти и понимал, что ему говорили; он еще боролся. «Не хочу бредить, — шептал он, сжимая кулаки, — что за вздор!» И тут же говорил: «Ну, из восьми вычесть десять, сколько выйдет?» Василий Иванович ходил как помешанный, предлагал то одно средство, то другое и только и делал, что покрывал сыну ноги. «Обернуть в холодные простыни… рвотное… горчишники к желудку… кровопускание», — говорил он с напряжением. Доктор, которого он умолил остаться, ему поддакивал, поил больного лимонадом, а для себя просил то трубочки, то «укрепляющего - согревающего», то есть водки.


Слайд 227
Арина Власьевна сидела на низенькой скамеечке возле двери

Арина Власьевна сидела на низенькой скамеечке возле двери и только по

и только по временам уходила молиться; несколько дней тому

назад туалетное зеркальце выскользнуло у ней из рук и разбилось, а это она всегда считала худым предзнаменованием; сама Анфисушка ничего не умела сказать ей. Тимофеич отправился к Одинцовой.


Слайд 229 Ночь была не хороша для Базарова…

Ночь была не хороша для Базарова…   Жестокий жар его

Жестокий жар его мучил. К утру

ему полегчило. Он попросил, чтоб Арина Власьевна его причесала, поцеловал у ней руку и выпил глотка два чаю. Василий Иванович оживился немного.
— Слава Богу! — твердил он, — наступил кризис… прошел кризис.
— Эка, подумаешь! — промолвил Базаров, — слова-то что значит! Нашел его, сказал: «кризис» — и утешен. Удивительное дело, как человек еще верит в слова. Скажут ему, например, дурака и не прибьют, он опечалится; назовут его умницей и денег ему не дадут — он почувствует удовольствие.
Эта маленькая речь Базарова, напоминавшая его прежние «выходки», привела Василия Ивановича в умиление.


Слайд 231 — Браво! прекрасно сказано, прекрасно! — воскликнул он,

— Браво! прекрасно сказано, прекрасно! — воскликнул он, показывая вид, что

показывая вид, что бьет в ладоши.
Базаров печально усмехнулся.
— Так

как же, по-твоему, — промолвил он, — кризис прошел или наступил?
— Тебе лучше, вот что я вижу, вот что меня радует, — отвечал Василий Иванович.
— Ну и прекрасно; радоваться всегда не худо. А к той, помнишь? послал?
— Послал, как же.
Перемена к лучшему продолжалась недолго. Приступы болезни возобновились. Василий Иванович сидел подле Базарова. Казалось, какая-то особенная мука терзала старика. Он несколько раз собирался говорить — и не мог.


Слайд 233 — Евгений! — произнес он наконец, — сын

— Евгений! — произнес он наконец, — сын мой, дорогой мой,

мой, дорогой мой, милый сын!
Это необычайное воззвание подействовало на

Базарова… Он повернул немного голову и, видимо стараясь выбиться из-под бремени давившего его забытья, произнес:
— Что, мой отец?
— Евгений, — продолжал Василий Иванович и опустился на колени перед Базаровым, хотя тот не раскрывал глаз и не мог его видеть. — Евгений, тебе теперь лучше; ты, Бог даст, выздоровеешь, но воспользуйся этим временем, утешь нас с матерью, исполни долг христианина! Каково-то мне это тебе говорить, это ужасно; но еще ужаснее… ведь навек, Евгений… ты подумай, каково-то…


Слайд 235 Голос старика перервался, а по лицу его сына,

Голос старика перервался, а по лицу его сына, хотя он и

хотя он и продолжал лежать с закрытыми глазами, проползло

что-то странное.
— Я не отказываюсь, если это может вас утешить, — промолвил он наконец, — но мне кажется, спешить еще не к чему. Ты сам говоришь, что мне лучше.
— Лучше, Евгений, лучше; но кто знает, ведь это все в Божьей воле, а исполнивши долг…
— Нет, я подожду, — перебил Базаров. — Я согласен с тобою, что наступил кризис. А если мы с тобой ошиблись, что ж! ведь и беспамятных причащают.
— Помилуй, Евгений…
— Я подожду. А теперь я хочу спать. Не мешай мне.
И он положил голову на прежнее место.


Слайд 237 Старик поднялся, сел на кресло и, взявшись за

Старик поднялся, сел на кресло и, взявшись за подбородок, стал кусать

подбородок, стал кусать себе пальцы…

Стук рессорного экипажа, тот стук, который так особенно заметен в деревенской глуши, внезапно поразил его слух. Ближе, ближе катились легкие колеса; вот уже послышалось фырканье лошадей… Василий Иванович вскочил и бросился к окошку. На двор его домика, запряженная четверней, въезжала двуместная карета. Не отдавая себе отчета, что бы это могло значить, в порыве какой-то бессмысленной радости, он выбежал на крыльцо… Ливрейный лакей отворял дверцы кареты; дама под черным вуалем, в черной мантилье, выходила из нее…


Слайд 239 — Я Одинцова, — промолвила она. — Евгений

— Я Одинцова, — промолвила она. — Евгений Васильич жив? Вы

Васильич жив? Вы его отец? Я привезла с собой

доктора.
— Благодетельница! — воскликнул Василий Иванович и, схватив ее руку, судорожно прижал ее к своим губам, между тем как привезенный Анной Сергеевной доктор, маленький человек в очках, с немецкою физиономией, вылезал, не торопясь, из кареты. — Жив еще, жив мой Евгений и теперь будет спасен! Жена! жена!.. К нам ангел с неба…

Слайд 241 — Что такое, Господи! — пролепетала, выбегая из

— Что такое, Господи! — пролепетала, выбегая из гостиной старушка и,

гостиной старушка и, ничего не понимая, тут же в

передней упала к ногам Анны Сергеевны и начала как безумная целовать ее платье.
— Что вы! что вы! — твердила Анна Сергеевна; но Арина Власьевна ее не слушала, а Василий Иванович только повторял: «Ангел! ангел!»


Слайд 242
— Wo ist der Kranke? И где же есть

— Wo ist der Kranke? И где же есть пациент? — проговорил

пациент? — проговорил наконец доктор, не без некоторого негодования.
Василий

Иванович опомнился.
— Здесь, здесь, пожалуйте за мной, вертестер герр коллега, — прибавил он по старой памяти.
— Э! — произнес немец и кисло осклабился.
Василий Иванович привел его в кабинет.
— Доктор от Анны Сергеевны Одинцовой, — сказал он, наклоняясь к самому уху своего сына, — и она сама здесь.


Слайд 244
Базаров вдруг раскрыл глаза.
— Что ты сказал?
— Я

Базаров вдруг раскрыл глаза.— Что ты сказал?— Я говорю, что Анна

говорю, что Анна Сергеевна Одинцова здесь и привезла к

тебе сего господина доктора.
Базаров повел вокруг себя глазами.
— Она здесь… я хочу ее видеть.
— Ты ее увидишь, Евгений; но сперва надобно побеседовать с господином доктором. Я им расскажу всю историю болезни, так как Сидор Сидорыч уехал (так звали уездного врача), и мы сделаем маленькую консультацию.


Слайд 246
Базаров взглянул на немца.
— Ну, беседуйте скорее, только

Базаров взглянул на немца.— Ну, беседуйте скорее, только не по-латыни; я

не по-латыни; я ведь понимаю, что значит: jam moritur.

Der Herr scheint des Deutschen mächtig zu sein, — начал новый питомец Эскулапа, обращаясь к Василию Ивановичу.
— Их… габе… — Говорите уж лучше по-русски, — промолвил старик.
— А, а! так этто фот как этто… Пошалуй…
И консультация началась.


Слайд 248 Полчаса спустя Анна Сергеевна в сопровождении Василия

Полчаса спустя Анна Сергеевна в сопровождении Василия Ивановича вошла в

Ивановича вошла в кабинет. Доктор успел шепнуть ей, что

нечего и думать о выздоровлении больного.
Она взглянула на Базарова… и остановилась у двери, до того поразило ее это воспаленное и в то же время мертвенное лицо с устремленными на нее мутными глазами. Она просто испугалась каким-то холодным и томительным испугом; мысль, что она не то бы почувствовала, если бы точно его любила — мгновенно сверкнула у ней в голове.
— Спасибо, — усиленно заговорил он, — я этого не ожидал. Это доброе дело. Вот мы еще раз и увиделись, как вы обещали.
— Анна Сергеевна так была добра… — начал Василий Иванович.

Слайд 250 — Отец, оставь нас. Анна Сергеевна, вы позволяете?

— Отец, оставь нас. Анна Сергеевна, вы позволяете? Кажется, теперь…Он указал

Кажется, теперь…
Он указал головою на свое распростертое бессильное тело.
Василий

Иванович вышел.
— Ну, спасибо, — повторил Базаров. — Это по-царски. Говорят, цари тоже посещают умирающих.
— Евгений Васильич, я надеюсь…
— Эх, Анна Сергеевна, станемте говорить правду. Со мной кончено. Попал под колесо. И выходит, что нечего было думать о будущем. Старая штука смерть, а каждому внове. До сих пор не трушу… а там придет беспамятство, и фюить! (Он слабо махнул рукой.) Ну, что ж мне вам сказать… я любил вас! Это и прежде не имело никакого смысла, а теперь подавно. Любовь — форма, а моя собственная форма уже разлагается. Скажу я лучше, что — какая вы славная! И теперь вот вы стоите, такая красивая…

Слайд 252 Анна Сергеевна невольно содрогнулась.
— Ничего, не тревожьтесь… сядьте

Анна Сергеевна невольно содрогнулась.— Ничего, не тревожьтесь… сядьте там… Не подходите

там… Не подходите ко мне: ведь моя болезнь заразительная.
Анна

Сергеевна быстро перешла комнату и села на кресло возле дивана, на котором лежал Базаров.
— Великодушная! — шепнул он. — Ох, как близко, и какая молодая, свежая, чистая… в этой гадкой комнате!.. Ну, прощайте! Живите долго, это лучше всего, и пользуйтесь, пока время. Вы посмотрите, что за безобразное зрелище: червяк полураздавленный, а еще топорщится. И ведь тоже думал: обломаю дел много, не умру, куда! задача есть, ведь я гигант! А теперь вся задача гиганта — как бы умереть прилично, хотя никому до этого дела нет… Все равно: вилять хвостом не стану.
Базаров умолк и стал ощупывать рукой свой стакан. Анна Сергеевна подала ему напиться, не снимая перчаток и боязливо дыша.


Слайд 254 — Меня вы забудете, — начал он опять,

— Меня вы забудете, — начал он опять, — мертвый живому

— мертвый живому не товарищ. Отец вам будет говорить,

что вот, мол, какого человека Россия теряет… Это чепуха; но не разуверяйте старика. Чем бы дитя ни тешилось… вы знаете. И мать приласкайте. Ведь таких людей, как они, в вашем большом свете днем с огнем не сыскать… Я нужен России… Нет, видно, не нужен. Да и кто нужен? Сапожник нужен, портной нужен, мясник… мясо продает… мясник… постойте, я путаюсь… Тут есть лес…
Базаров положил руку на лоб.

Слайд 256 Анна Сергеевна наклонилась к нему.
— Евгений Васильич, я

Анна Сергеевна наклонилась к нему.— Евгений Васильич, я здесь…Он разом принял

здесь…
Он разом принял руку и приподнялся.
— Прощайте, — проговорил

он с внезапной силой, и глаза его блеснули последним блеском. — Прощайте… Послушайте… ведь я вас не поцеловал тогда… Дуньте на умирающую лампаду, и пусть она погаснет…
Анна Сергеевна приложилась губами к его лбу.
— И довольно! — промолвил он и опустился на подушку. — Теперь… темнота…
Анна Сергеевна тихо вышла.
— Что? — спросил ее шепотом Василий Иванович.
— Он заснул, — отвечала она чуть слышно.

Слайд 258 Базарову уже не суждено было просыпаться. К вечеру

Базарову уже не суждено было просыпаться. К вечеру он впал в

он впал в совершенное беспамятство, а на следующий день

умер.


Слайд 259 Отец Алексей совершил

Отец Алексей совершил    над ним обряды религии.

над ним обряды религии.


Слайд 260 Когда его соборовали, когда святое миро коснулось его

Когда его соборовали, когда святое миро коснулось его груди, один глаз

груди, один глаз его раскрылся, и, казалось, при виде

священника в облачении, дымящегося кадила, свеч перед образом что-то похожее на содрогание ужаса мгновенно отразилось на помертвелом лице.


Слайд 261
Когда же, наконец, он испустил последний вздох

Когда же, наконец, он испустил последний вздох и в доме

и в доме поднялось всеобщее стенание, Василием Ивановичем обуяло

внезапное исступление. «Я говорил, что я возропщу, — хрипло кричал он, с пылающим, перекошенным лицом, потрясая в воздухе кулаком, как бы грозя кому-то, — и возропщу, возропщу!» Но Арина Власьевна, вся в слезах, повисла у него на шее, и оба вместе пали ниц. «Так, — рассказывала потом в людской Анфисушка, — рядышком и понурили свои головки, словно овечки в полдень…»

Слайд 263 Но полуденный зной проходит, и настает вечер и

Но полуденный зной проходит, и настает вечер и ночь, а там

ночь, а там и возвращение в тихое убежище, где

сладко спится измученным и усталым…


Слайд 265


10. Могила Евгения Базарова

10. Могила Евгения Базарова

Слайд 266 Есть небольшое сельское кладбище в одном из отдаленных

Есть небольшое сельское кладбище в одном из отдаленных уголков России.

уголков России.


Слайд 267 Как почти все наши кладбища, оно являет вид

Как почти все наши кладбища, оно являет вид печальный: окружающие его

печальный: окружающие его канавы давно заросли; серые деревянные кресты

поникли и гниют под своими когда-то крашеными крышами;


Слайд 268 каменные плиты все сдвинуты, словно кто их подталкивает

каменные плиты все сдвинуты, словно кто их подталкивает снизу; два-три ощипанных

снизу; два-три ощипанных деревца едва дают скудную тень; овцы

безвозбранно бродят по могилам…


Слайд 269 Но между ними есть одна, до которой не

Но между ними есть одна, до которой не касается человек, которую

касается человек, которую не топчет животное: одни птицы садятся

на нее и поют на заре.
 


Слайд 270 Железная ограда ее окружает; две молодые елки посажены

Железная ограда ее окружает; две молодые елки посажены по обоим ее

по обоим ее концам: Евгений Базаров похоронен в этой

могиле.


Слайд 271 К ней, из недалекой деревушки, часто приходят два

К ней, из недалекой деревушки, часто приходят два уже дряхлые старичка — муж с женою.

уже дряхлые старичка — муж с женою.


Слайд 272
Поддерживая друг друга, идут они отяжелевшею походкой; приблизятся

Поддерживая друг друга, идут они отяжелевшею походкой; приблизятся к ограде, припадут

к ограде, припадут и станут на колени, и долго

и горько плачут, и долго и внимательно смотрят на немой камень, под которым лежит их сын;


Слайд 274 поменяются коротким словом, пыль смахнут с камня да

поменяются коротким словом, пыль смахнут с камня да ветку елки поправят,

ветку елки поправят, и снова молятся, и не могут

покинуть это место, откуда им как будто ближе до их сына, до воспоминаний о нем…

Слайд 275 Неужели их молитвы,

Неужели их молитвы,        их слезы бесплодны?

их слезы бесплодны?


Слайд 276
Неужели любовь, святая, преданная любовь не всесильна?





Неужели любовь, святая, преданная любовь не всесильна?

Слайд 277 О нет! Какое бы страстное, грешное, бунтующее сердце

О нет! Какое бы страстное, грешное, бунтующее сердце ни скрылось в

ни скрылось в могиле, цветы, растущие на ней, безмятежно

глядят на нас своими невинными глазами: не об одном вечном спокойствии говорят нам они, о том великом спокойствии «равнодушной» природы; они говорят также о вечном примирении и о жизни бесконечной…


  • Имя файла: prezentatsiya-znakomtes-evgeniy-bazarov.pptx
  • Количество просмотров: 79
  • Количество скачиваний: 0